Хащеватое

(Подольская губерния, Гайсинский уезд)

Численность еврейского населения Хащеватого составляла около 400 семей. Среди них было несколько десятков бойцов самообороны. Но у них было очень мало оружия, и они были способны защитить город лишь от ночных грабителей, но не на открытый отпор врагу.

Местечко сильно страдало от погромов, разорения, грабежей и убийств, которые устраивали различные банды боевиков, устроившие свое логово в окружающих местечко лесах. Оттуда они раз за разом нападали на еврейские поселения, где сеяли смерть и гибель. Хащеватое они тоже не пропустили.

13 нисана в город вторглись пятьдесят всадников из банды Волынца. Йосефа Кримана и сына Грабермана они жестоко убили. Криману они вспороли живот и засунули в него лошадиные ноги, а сына Грабермана они превратили в лошадь. Один из боевиков сел на него верхом и бил его, чтобы тот бежал. После этого его и еще пятерых евреев убили. Затем они рассеялись по местечку, грабили дома и лавки, и насиловали женщин. Прежде чем уйти из местечка, они вынудили евреев уплатить им также некоторую сумму контрибуции.

Вслед за Волынцем в городе буйствовали банды Тютюнника, Козабрашинко, Шморгородского, Коломийца, Дуденика и Лихи. Все они крушили, грабили, насиловали и убивали. Но более всего город пострадал от деникинцев.

В январе 1920г., перед уходом из Украины, в Хащеватое вторгся деникинский отряд. С жаждой крови они набросились на евреев, грабили их дома, опустошали лавки, сожгли много лавок и домов, изнасиловали много женщин и убили много людей, сопровождая убийства жестокими истязаниями.

Несколько стариков были подвергнуты тяжелым пыткам, чтобы они раскрыли местонахождение укрытий, в которых прячутся евреи, и тайников, где они спрятали деньги и драгоценности.

Деникинцы безжалостно убивали дряхлых стариков, детей и женщин. Они мучили свои жертвы, отрезая им части тела. Многие были заживо сожжены. Когда хоронили убитых, они были так сильно изрублены, что невозможно было понять, кому из них принадлежат отрубленные части. Деникинцы убили более пятидесяти человек. Сорок человек были тяжело ранены. Более двухсот получили ранения. Количество убитых различными бандами составляет более ста человек.

(Йосеф Пекир)

Письмо комитета помощи Хащеватого в Балту после устроенной деникинцами резни:

Товарищи и братья,

То, что у нас произошло, невозможно описать. Примеров такого разрушения не было в истории. Убиты старики и грудные младенцы. Зверства были настолько велики, что просто убийствами они не ограничивались. Они истязали убитых и рубили их после смерти саблями. Отрезали части тел, и когда хоронили убитых, невозможно было разобраться, к каким телам относятся отрубленные части. Деникинцы сожгли 18 лавок и несколько домов. Евреи остались голые и босые. Лавки сгорели вместе с товарами. Сгорела также новая баня. Они разорили все местечко. Они связывали стариков и били их смертным боем, чтобы те им раскрыли места укрытия евреев и места, в которых они спрятали свои деньги и золото. Они вынудили нескольких евреев избить своих товарищей. Дорогие друзья, сердце неспособно выразить все это. Даст Бог, и беды Израиля закончатся. Мы благодарны вам за то, что вы прислали. Мы все получили в целости, как было записано в вашем письме. Мы вам посылаем 28 пустых мешков. Мы испытываем большую нужду в белье и в сорочках. Если есть возможность, пришлите лекарств и хлеба. Все вам благодарны, и в особенности члены комитета:

Моше Бродский, Йосеф Лейб Крумисон, Цви Пекелис, Моше Перштер, Мотл Зворовский и Яновецкий.

Книга памяти общины «Адат Йешурун» Хащеватого. Для вечной памяти о том, что произошло с нами, жителями города Хащеватого во время различных бедствий 5679-5680гг[1]. Имена всех святых, что были убиты в нашем городе в эти годы во имя освящения Имени Бога.

(Из архивов одесского музея имени Мегадлей Мус).

I

В 1918г. численность евреев Хащеватого составляла около 6,000 человек. Численность украинцев была примерно такой же. В большинстве своем они были крестьянами. Украинцы жили в предместьях, окружавших город со всех сторон, а евреи проживали в центре. Занятия евреев: различные ремесла, лавочники, мелкие торговцы. Значительное количество евреев Хащеватого работало поденными рабочими на свекольных полях и на сахарных заводах в селах Могильное[2] и Йосиповка[3], которые расположены недалеко от нашего города. До последнего времени отношение христиан к евреям было хорошим. В восьмидесятые годы прошлого столетия[4], а также в 1905г. в нашем городе не произошло ни одного погрома. Во времена Рады почувствовались некоторые изменения к худшему, но они не вышли за рамки приличий. В период правления гетмана были тишина и спокойствие.

Спокойствие в нашем городе впервые было нарушено 9 марта 1919г. (9 числа второго Адара, 5679г.). Петлюровский отряд вторгся в Хащеватое. Солдаты рассеялись по улицам и группами врывались в дома. Якобы они искали оружие. Во время обысков они грабили серебряные вещи, драгоценности, дорогую одежду и наличные деньги. Когда они уходили из города, был убит один еврей, Йосеф Литвинов. Командир отряда оправдывался, что он был убит случайно.

Через два дня, 11 марта, через город проходил еще один петлюровский отряд. Солдаты немедленно рассеялись по улицам и принялись грабить дома. Командир отряда получил несколько тысяч контрибуции, и согласился убрать их из города.

13 марта, 13 числа второго Адара, во время святой субботы, в наш город вторгся глава громил Тихоход, главарь и атаман двенадцати разбойников. Его штаб находился на станции Гайворон[5] (на расстоянии семи верст от нашего города). Тихоход поставил на улице пулемет и открыл стрельбу направо и налево. Евреи поспешили спрятаться в дырах и в щелях. Но главе общины удалось с ним прийти к соглашению. За несколько тысяч контрибуции он ушел из города. Тихоход и его люди посещали город еще два раза, и каждый раз они получали известную сумму контрибуции и уходили из города. В то время еще существовала милиция Директории, но она ради евреев не шевелила и мизинцем. По-видимому, она была заодно с боевиками.

В первые числа апреля 1919г. в нашем городе была установлена советская власть, но она продлилась недолго. 12 мая члены революционного комитета покинули Хащеватое, и город остался без всякой власти.

После еврейских ходатайств влиятельные христиане Хащеватого собрались на собрание и избрали главой правления волости Василя Озерянского, который всегда дружил с евреями. На том собрании начальник милиции объявил, что советская власть отменяется, и власть переходит к Директории. Доктор Каценельзон выступил с речью, и со слезами на глазах просил у собравшихся христиан сжалиться над евреями и не позволить проливать нашу кровь зря. Христиане пообещали, но своего обещания не выполнили.

II

Череда погромов

15 ияра 5679г.[6] в наш город вторгся партизанский отряд под предводительством атамана Волынца, который называл себя «60-й гайсинский батальон». Его командирами были Цисин и Ксендзюк. Сразу же после своего прибытия они рассеялись по городу, проходили от дома к дому и требовали наличных денег, золотую и серебряную посуду, а также драгоценности. Мужчин, которые попадали к ним в руки, они тащили в Большую синагогу. После того как там было собрано около 400 человек, они поставили вокруг синагоги вооруженных солдат. Командир батальона выступил с речью, полной проклятий и ругани по отношению к евреям, и потребовал, чтобы те передали ему все находящееся у них оружие. Тщетно мы клялись всем святым, что у нас никакого оружия нет, зря мы плакали горючими слезами и молили его пощадить нас – все наши просьбы не принесли пользы.

После того как мы содержались в синагоге около двух часов, нам велели выйти из нее в колонне по четыре. Около сорока солдат окружили собранных, не позволяя никому бежать. Кроме этого, напротив нас установили пулемет. Так нас вели по переулкам, в соответствии с заранее приготовленным планом, пока не привели на старое кладбище. Там нас построили по четыре на могилах наших отцов, солдаты нас окружили, пулемет установили напротив нас на холме, и не разрешали нам раскрывать ртов и просить пощады.

Командир батальона встал на одну из могил и выступил с обвинительной речью против евреев. Он утверждал, что евреи ненавидят землю, поля которой дают им хлеб, что евреи платят украинцам злом за добро, те их жалеют и предоставили им национальную автономию, а евреи их предали, обрадовались большевикам и предают им казаков для казни. Поэтому он приговаривает нас к смерти.

— Лечь на землю! – закричали на нас.

Вся община, около четырехсот человек немедленно распростерлась на земле, все читают покаянные молитвы и ждут смерти.

Через некоторое время опять раздалась команда командира:

— Встать!

Дрожа, мы встали. Командир батальона потребовал выкуп за наши жизни, четверть миллиона рублей, одежду, сапоги и провизию для солдат на колоссальную сумму.

Мы ему ответили, что при всем нашем желании, мы не в состоянии выполнить его требования, и даже если они обыщут весь город, не найдут и четверти требуемой суммы.

Командир батальона разозлился и заорал:

— Лечь на землю, здесь будет ваша могила!

Мы опять растянулись на земле, ожидая смерти. Оглушительное безмолвие. Через некоторое время командир батальона приказал нам встать. Когда мы встали, он спросил: «Где богачи общины?». И затем добавил: «Приведите ко мне десять человек, которые выступят гарантами на требуемую мной сумму». Мы ему ответили, что мы все выступаем гарантами всем нашим имуществом.

Переговоры на кладбище длились около двух часов. После того как враги вдоволь поиздевались над евреями, вечером они были отпущены домой. Их предупредили, чтобы они не вздумали бежать из города или прятать свое имущество.

Весь тот день и всю ночь, а также назавтра до полудня, солдаты занимались грабежом. Они грабили дома, лавки и склады, полностью опустошив город.

В это время посланники общины всю ночь обходили еврейские дома, и собрали около 50,000 рублей, которые принесли командиру батальона. Опять проклятия и ругань, опять угрозы.

В тот день солдаты убили четырех евреев, под тем предлогом, что у них дома якобы было найдено оружие.

Когда боевики удовлетворились грабежом и разорением, они ушли из города, назначив комендантом молодого украинца, нашего земляка Дудника.

Комендант объявил, что приказом Гайсинского батальона он назначен комендантом и городским главой. Поэтому он призывает своих братьев, украинскую молодежь, собраться под его знаменами и воевать с бандами кацапов и жидов. Евреям Хащеватого он велит передать ему 200,000 рублей контрибуции, которую они должны Гайсинскому батальону, так как под его знаменами собралось около сотни казаков, и евреи обязаны их содержать.

2 сивана[7] в Хащеватое вторгся атаман Заболотный и его люди. Он призвал к себе глав общины и договорился с ними о том, что получит 30,000 рублей и уйдет из города.

В то время, накануне праздника Шавуот[8], предводитель громил Сапке, уроженец села Могильное, в сопровождении нескольких боевиков совершил нападение на проживавших в Могильном евреев, убил десять человек, и присвоил их имущество (Сапке был убит деникинцами в 5680г[9]).

В ночь праздника Шавуот казаки Дудника убили Элияху Меламеда и его супругу Махли. Меламед собирал с общины деньги для выкупа наших жизней. Убийцы присвоили большую сумму общинных денег, а также личные деньги Меламеда.

Наши христианские соседи не произнесли ни слова утешения и сочувствия нашим бедам. Наоборот, некоторые из них открыто проявляли свою радость. Город обрел спокойствие лишь после возвращения советской власти. Большинство местных грабителей и убийц исчезло. Некоторые из них, включая коменданта Дудника, были схвачены и убиты.

III

Партизаны Бандурово[10] осаждают город

С субботу Хазон[11], 6 ава[12], партизаны возобновили свою деятельность. Повстанцы собрались в селе Бандурово по приказу атамана Заболотного. Агитаторы распространяли среди крестьян сведения о том, что большевики уже ушли из всего округа, евреи брошены на произвол судьбы, и ни один из их притеснителей не пострадает.

Около пятисот партизан окружили город со всех сторон, не давая никому скрыться. Большинство повстанцев было вооружено косами, тяпками и лопатами, лишь немногие были вооружены ружьями. Партизаны вошли в Хащеватое под тем предлогом, что они собираются учредить в городе украинскую власть. Вместо этого они начали врываться в еврейские дома, где вдоволь награбили, а также убили трех евреев. Повстанцы взяли в плен 11 евреев и двух христиан, членов революционного комитета. Остальным членам ревкома и милиционерам удалось бежать из города.

К счастью, к нам на помощь поспешил небольшой отряд Красной армии, всего десять солдат, которые находились на станции Гайворон и у которых был пулемет. Партизан охватил Божий страх, и они поспешили сбежать. Около десяти повстанцев, спеша скрыться, утонули в реке Буг, остальные разбежались во все стороны. Но тринадцать пленных они успели отвести в село Бандурово, где поместили под арест. В ночь на исходе субботы части Красной армии подвергли обстрелу из тяжелых орудий села, жители которых присоединились к повстанцам, и посеяли в них большую панику.

Руководство еврейской общины послало в Бандурово представителей с целью ходатайства об освобождении пленников. В том, что касалось пленных, между главами общины и предводителями повстанцев состоялся обмен заявлениями и официальными письмами, настоящие дипломатические переговоры. Пленники находились в шаге от смерти, так как Заболотный отдал ясный приказ их казнить. Но над повстанцами нависла большевицкая угроза, и более умеренное мнение победило.

9 ава[13] пленники были освобождены. Властвующий комитет села получил за их освобождение 24,000 рублей.

Добрым словом следует вспомнить жителя нашего города, общественного активиста Йосефа-Йехуду Кримана, который, рискуя жизнью, вошел в львиное логово, в село Бандурово, и собрал крестьян на общий совет относительно пленников. С большим трудом ему удалось склонить чашу весов в пользу их освобождения. Господин Криман позаботился и о сборе денег для выкупа пленников. Да будет помнить это Бог ему во благо!

Такое великое деяние как взятие людей в плен и получение выкупа за их жизни произошло в то время, когда советская власть все еще существовала, и на расстоянии нескольких верст от станции, на которой еще находились красноармейцы[14]. Но лидерам повстанцев уже было известно то, о чем мы узнали впоследствии, а именно, что большевики покидают Украину. Поэтому они не смогли удержаться, и возобновили свои антиеврейские действия.

IV

Второй визит бандуровских партизан

11 ава[15] большевики покинули станцию Гайворон, с ними уехали члены ревкома, и город остался без охраны и управления.

14 ава[16] повстанцы подняли головы и начали вести открытую пропаганду еврейского погрома. Главными агитаторами были брат убитого коменданта, Мыкола Дудник и его приятель Коломиец (род занятий – игра в кости в базарные дни). В тот день хоронили убитого коменданта, и священник во время оплакивания усопшего осыпал огнем и серой головы евреев, предающих смерти всех добрых украинских парней (При этом Дудник был убит не из-за евреев, на него донес один из его приятелей по причине любовного соперничества).

Мы попытались оправдаться перед толпой, но никто нас не слушал. Все честные христиане, на поддержку которых мы надеялись, повернулись к нам спиной.

В понедельник, 15 ава[17], волнения существенно усилились. В результате стараний местных врагов, партизаны из села Бандурово во главе с атаманом Шаргородским вошли в город. Когда в 1920г. большевики вернулись, Шаргородский в Бандурово был одним из членов ревкома. Сейчас он арестован, говорят, из-за взятки. Партизаны объявили, что еврейские жители должны собраться на площади, так как для них есть срочное сообщение. Если они не соберутся, город будет сожжен. На базарной площади собралось около двухсот человек. Вооруженные партизаны окружили собравшихся евреев.

Атаман объявил, что он требует у евреев, чтобы они сдали ему все оружие, которое им оставили большевики, включая четыре пулемета, из которых 6 ава стреляли по повстанцам. Кроме этого, он требует у евреев 300,000 рублей контрибуции в качестве выкупа за жизни убитых.

Евреи ответили, что наличие оружия и пулеметов является наговором. У них нет никакого оружия. Контрибуция будет выплачена в том размере, в котором ее удастся собрать.

Осадное положение продолжалось в течение трех часов. В это время часть повстанцев рассеялась по городу, и грабила все, что находила. По приказу атамана в плен была взята первая группа, десять человек их числа старцев общины, затем вторая группа, 25 стариков, и, наконец, третья группа, 25 человек из числа молодежи. В качестве военнопленных или в качестве заложников их повели в соседнее село по ведущей в Бандурово дороге. Когда они проходили по мосту через реку Буг, одного из молодых людей партизаны бросили в воду. Когда он попытался выплыть, партизаны его застрелили.

На остальных остававшихся на площади людей боевики набросились со страшной жестокостью, избивали их нагайками, ранили их. Они не различали между стариком и подростком, между мужчиной и женщиной. Они топтали их лошадьми. Те, кто не успели сбежать, были тяжело ранены. После многочисленных мольб и просьб, в которых принимали участие и некоторые из христиан, а также после получения большой суммы денег в качестве контрибуции, сам атаман сказал «Хватит!», пленные были освобождены, после того как мы провели около четырех часов среди дикарей, жаждавших нашей крови.

Из христианской интеллигенции все свои усилия для нашего спасения приложили лишь следующие люди: земский врач Шалтис, один учитель и одна учительница из местных школ, и еще двое из христианских интеллигентов. Да и сам атаман Шаргородский не жаждал кровопролития. Но он не был способен остановить своих людей.

Этот случай стоил нам шести жизней, не считая грабежа и разорения, выплаты контрибуции, ран, страха и ужаса.

V

Волынец и его банда. Комендант Коломиец

Не успели мы перевести дух, и вот нам сообщили, что наш город готовится посетить атаман Волынец со своей бандой. В среду 17 ава[18] Волынец прибыл, а с ним около трехсот всадников. Рискуя жизнью, мы пошли его встречать, около ста мужчин и женщин. Мы преподнесли ему хлеб-соль и подчинились его власти. Почести, которые мы ему оказали, и торжественная встреча немного растопили его твердое сердце. Он ответил нам краткой благодарственной речью, содержание которой почти призывало к миру. Он потребовал от общины провиант для своих солдат и фураж для лошадей, а также одежду для определенного количества его людей и некоторые необходимые им вещи. Все его требования были выполнены. Но мирное отношение атамана к евреям не понравилось его банде. Его люди старались разозлить глав общины своей наглостью, а также позволили себе грабить дома, расположенные в окраинных переулках, чему сотники не препятствовали. К вечеру один из сотников убил казначея общины, Давида-Аарона Ташлицкого, чтобы присвоить общинную кассу. Убийство было совершено на улице, и тело убитого оставалось там брошенным всю ночь и весь следующий день. Йосефа-Лейба Кримана (упомянутого выше) эти дикари тяжело ранили, но ему удалось скрыться.

В ту ночь с целью грабежа были убиты еще два состоятельных еврея. Пожаловаться предводителю головорезов не было никакой возможности: его телохранители не позволяли ни одному еврею заходить в занимаемое им помещение.

Паника достигла своего пика. Беды следовали одна за другой. Два старика с расшатанными нервами предпочли смерть такой жизни, и покончили самоубийством.

Как степные волки набросились боевики на город и его окрестности, и в течение трех дней грабили и разоряли сахарные заводы в Могильном и в Йосиповке, а также работавших на этих заводах евреев, которых они встречали в городе и на дороге.

В результате этого посещения погибли семь человек, не считая грабежей и разорения.

После того как мы отделались от людей Волынца, в роли узурпатора выступил один из местных грабителей Коломиец (упомянутый выше картежник). Он заявил, что Волынец назначил его городским комендантом. К нему присоединилось около десяти местных подонков, и они стали властвовать над евреями по своему усмотрению. Комендант назначил себе 1,000 рублей в день. Содержание его приспешников, «стражей города» (так они себя называли), также было возложено на евреев. В течение полутора месяцев (до праздника Рош ха-Шана 5680г.[19]) они притесняли евреев и омрачали их жизни. Дни и ночи напролет в городе не смолкал гром выстрелов, и евреи Хащеватого находились в постоянном страхе новых нападений. Даже маленькие дети, услышав выстрел, бежали прятаться. Когда кто-то бежал по улице, то без всяких вопросов немедленно распространялся слух: «Бежим! Спасаемся!», и вот уже все евреи бегут, спасаются, и никто не знает, что произошло. Почти все дни и ночи евреи лежали, прячась в подвалах, в ямах и в погребах. В то время комендант со своей бандой грабил брошенные на произвол судьбы дома, либо нападал на прохожих, либо на пассажиров железной дороги. Понятно, что только на евреев. После своего возвращения с трофеями они напивались и издевались над евреями.

Следует отметить, что даже в случае такого крошечного войска, каковым являлся комендант и его маленькая банда подонков, христианские жители не возражали и не препятствовали ее деятельности. Хотя достаточно было выговора со стороны нескольких уважаемых христиан, чтобы приструнить этих мерзавцев. Напротив, находились такие, что их открыто поддерживали.

15 элуля[20] через наш город прошло несколько отрядов Галицийской армии. В течение суток, начиная с полудня и до полудня следующего дня, они грабили городские дома. Они были первыми, кто забирался на чердаки, спускался в подвалы и искал тайники. Галицийцы награбили вдоволь, а также обесчестили еврейских девушек. Но кровь они не проливали, несмотря на то, что находили много прятавшихся евреев. По-видимому, они получили приказ вести себя прилично, поэтому они грабили лишь по ночам. Некоторые евреи узнали среди ночных грабителей нескольких офицеров.

Проход галицийских эшелонов через наш город продолжался около двух недель. Один эшелон уходит, другой приходит. Иногда происходили грабежи, совершавшиеся с откровенной наглостью. В большинстве случаев они снимали сапоги с проходивших по улице евреев, либо снимали с них пальто и шубы. Были также нападения на некоторые дома, расположенные на окраине, но массовых погромов не было.

VI

Деникинцы после прибытия и перед уходом

Деникинские войска вошли в наш город с приходом нового 5680г.[21] Мы думали: закончился год и проклятия его[22]. Действительно, солдаты Добровольческой армии вели себя, по крайней мере, с виду, прилично. Перед ними бежали все местные грабители, и город успокоился. Время нашего спокойствия длилось сто дней, до 10 тевета[23] (1 января 1920г.).

В тот день через наш город проходили несколько отрядов Добровольческой армии, и среди них – рота донских казаков. Они бежали от преследовавшей их Красной армии. Они буйствовали в городе в течение двух дней, расправляясь с евреями со страшной жестокостью. Они схватили много евреев, подвешивали их за руки, а затем снимали и требовали, чтобы те им открыли места, в которых спрятали деньги, золото и драгоценности. Если евреи не хотели рассказывать, пытки повторялись, и многие евреи умерли под этими пытками. На сей раз деникинцы проявляли крайнюю жестокость. Они истязали евреев, избивали, наносили им тяжелые раны, отрубали пальцы на руках, отрезали носы, кололи несчастных евреев штыками, поджигали дома и лавки на городских окраинах и в его центре, но сгорели лишь десять домов и десять лавок, так как во многих домах огонь погас сам собой. Много окон было разбито вдребезги. Добровольческие войска и казаки расправлялись с евреями Хащеватого со страшной жестокостью. 66 человек было убито, и более двухсот тяжело ранено. Некоторые из них остались калеками и по сей день. Много женщин и девушек были этими дикарями изнасилованы.

Невозможно выразить страшное представление, которое мы увидели в эту ночь.

Небеса покрыты черными облаками, со всех концов города поднимаются столбы дыма, а между ними – языки пламени. На улице крики и рыдания: голоса несчастных евреев, вытащенных из своих укрытий. Черти Преисподней гонят их, в то время как они голые и босые на морозе тевета[24], избивают их нагайками и прикладами ружей. Старик и подросток, мужчина и женщина, ребенок и младенец – все они равны в их глазах. Они желают лишь грабить и разорять, уничтожать и убивать евреев со страшной жестокостью. Многие несчастные, которые были ими избиты и изранены, со слезами умоляли этих жестокосердных застрелить их и избавить от страданий. Но эти дикари отвечали своим жертвам: «Нет, ты умрешь страшной смертью и после долгих мучений!». Другим они отвечали: «Мы вас сделаем калеками и убогими, чтобы вы помнили нас всю свою жизнь!». Некоторые подонки входили в синагогу и кричали: «Где еврейский Бог?! У этого народа нет Бога, поэтому мы всех их уничтожим!».

Все лавки были разграблены, все дома разорены. Деньги, золото, драгоценности и дорогая одежда были взяты солдатами. Предметы домашнего обихода, дешевую одежду и вещи, в которых солдаты не нуждались, они дарили или продавали крестьянам за спиртное. Даже с бедных евреев, работавших на заводах, деникинцы снимали одежду и сапоги, и бросали их крестьянам.

В субботу (12 тевета[25]) деникинские войска покинули город. Но местные мародеры и мародеры из соседних сел продолжили свою деятельность. Они тоже грабили, убивали и поджигали дома. Это продолжалось до понедельника, когда они удовлетворились. Тогда евреи вышли из своих укрытий, чтобы похоронить убитых, которые были брошены на улицах, и собаки лакали их кровь и грызли их плоть.

Не станем скрывать: на сей раз и среди окрестных крестьян нашлись честные и сердечные люди, которые прятали в своих домах целые еврейские семьи.

Когда о нашей беде стало известно нашим братьям в близлежащих городах, они поспешили к нам на помощь, в особенности, поставкой дефицитных лекарств и перевязочных материалов. Общинный комитет Балты[26] также послал нам свою помощь.

Крестьяне из окрестных сел тоже проявили сочувствие к нашей беде, и привели несколько телег с хлебом в комитет взаимопомощи. И крестьяне села Бандурово на сей раз пробудились, и спросили комитет взаимопомощи, примет ли он их помощь. После того как комитет дал согласие, они послали хлеб для раздачи среди нуждающихся. Как страшно было видеть целый город, включая состоятельных людей, протягивающий руку за куском хлеба!

Но, понятно, что горстки помощи хватило лишь на первые дни, и голод с недостатком властвовали в городе в полную силу. За ними пришли различные заразные болезни: сыпной тиф, а также другие болезни повлекли за собой много жертв. Грязь и скученность были самыми страшными факторами. Из-за недостатка дров для отопления, а также из-за страха, который еще не прошел, несколько семей теснилось в одном доме, они жили очень скученно, и была крайняя антисанитария. Люди не меняли белье, так как все было разграблено. Всю зиму не было возможности отмыть наши тела от грязи в горячей воде, так как крыша бани сгорела. Из-за грязи в городе распространились болезни. Это ужасное положение продолжалось до весны. Смертность была очень высокой. Те, кто остались в живых, завидовали тем, кто уже обрел спокойствие в могиле. Так пришли на нас все проклятия, перечисленные в назидании[27]: мор и меч, грабеж и излом.

VII

Анархия

До мая месяца в городе не было никакой власти. Город был легкой добычей для любого грабителя и убийцы. Банды и отряды различного толка проходили через наш город в течение этих четырех месяцев и нарушали наш покой. Вместе с этим, в первые дни после погрома и убийств, учиненных деникинцами, разорение и разруха в нашем городе настолько бросались в глаза, что вызывали сострадание даже в сердцах проходивших через наш город бандитов, и они грабежом не занимались. Но в то время местные грабители нашли возможность уничтожить тех, кто уцелел. Всякий раз, когда в город входила какая-либо банда, к ней присоединялись темные элементы нашего города. И когда евреи из-за страха, наученные горьким опытом, сразу же бросали свои дома на произвол судьбы и бежали, куда глаза глядят, местные грабители могли беспрепятственно грабить все, что еще осталось.

Для того чтобы защитить город от воров и грабителей, мы организовали городскую охрану, в которую входили владельцы домов. Охранники дежурили посменно под руководством местных бандитов, которые получали плату в соответствии с их требованиями. Бедная община была вынуждена содержать за свой счет больших и малых бандитов, надеясь, что за это хотя бы наши дети и больные смогут спокойно спать ночью, они и эти надежды оказались тщетными.

Ответственные за охрану, напившись, сами тревожили своими выстрелами город. Это происходило каждую ночь, без всякой причины. Понятно, что мы каждый раз вскакивали с кроватей, когда нас будили звуки выстрелов, считая, что на город напали бандиты. Поэтому мы никогда не снимали одежды и не могли заснуть. Но когда на самом деле через наш город проходила какая-то банда, защитники исчезали, и мы оставались брошенными на произвол судьбы. А когда грабители удовлетворялись грабежом, произведенным без всяких помех, к ним присоединялись и защитники, которые вместе с ними делили награбленное.

В пятницу, накануне субботы, 10 швата[28], в наш город вошел конный деникинский отряд, который остановился возле озера. В городе поднялась большая паника. Многие бежали в соседние села, а остальные спрятались в укромных местах. Вместе с этим, деникинцы на сей раз пробыли в нашем городе очень недолго, и не успели нанести много вреда, так как очень спешили. Но так как дома на два дня остались бесхозными, работу, которую не успели сделать деникинцы, сделали местные грабители и крестьянская молодежь.

VIII

Волынец расправляется с евреями

В день святой субботы, 16 адара[29], через наш город прошел атаман Дьяченко со своей бандой. Многие евреи поспешили сбежать, спасая свои жизни. Партизаны убили шесть человек, которых встретили по дороге. В городе несколько человек было тяжело ранено. Ночью в одном из домов были зарезаны одиннадцать человек, а в другом – шестеро. Многие дома были в ту ночь ограблены. По-видимому, это сделали местные грабители, так как были взяты предметы домашнего обихода: миски, горшки и простая стеклянная посуда, и грабеж производился рассудительно – брали лишь целые вещи, и ни одной вещи не разбили. Атаман оправдывался тем, что его людьми были убиты лишь встреченные по дороге люди, так как их заподозрили в том, что они повстанцы. Но убийства и грабежи, произошедшие ночью, являются делом рук местных мародеров. Для отвода глаз он велел найти виновных. Понятно, что никаких убийц не нашли.

Несколько банд прошли через наш город с января по апрель, имена их предводителей трудно выяснить, так как почти ни одной недели не проходило без визита. Наши соседи вместе встречали этих «важных гостей», а мы бежали и прятались в дырах и в щелях. Результатом каждого посещения был либо материальный ущерб, либо гибель людей. Либо и то и другое.

Особым в своем роде был визит атамана Волынца (несколько раз упомянутого выше). Он отличался своей злобой, жестокостью и жаждой крови. Вечером 12 нисана[30] он и его банда скрытно прибыли в город. Он остановился в доме одного из крестьян, скрыв свое прибытие от евреев, чтобы те не успели его поприветствовать, как это было прошедшим летом. Но о его прибытии стало немедленно известно общинному комитету. Около десяти человек, рискуя жизнью, отправились в место его постоя, чтобы узнать, чем можно его умилостивить. Эти люди были задержаны в качестве заложников.

Когда об этом стало известно, собралось больше ста человек, мужчин, женщин и детей, и они отправились на крестьянскую улицу, к жилищу атамана, чтобы просить об освобождении задержанных. По дороге их встретил один из сотников Волынца. Когда они с ним поздоровались, он ответил оскорблениями и бранью, и сказал:

— Смотрите-ка, сколько еще евреев в городе! Есть еще, кого резать!

С риском для жизни пошли собравшиеся к жилищу Волынца. Он удовлетворил их просьбу и освободил членов общинного комитета, а на город наложил контрибуцию в полмиллиона рублей. С большим трудом было собрано около 200,000 рублей. Три старика из членов комитета вызвались отнести собранные деньги атаману. Старики попросили у него прощения за то, что не смогли полностью выполнить его требования, так как община бедна. Кроме этого, за несколько часов не было возможности собрать всю требуемую сумму. Волынец крайне разгневался. Он велел доставить ему одежду и отрезы тканей, и тому подобное. Община прилагала все усилия для того, чтобы выполнить его требования, насколько это было возможно. Но не это было целью тирана, он хотел поиздеваться над евреями и расправиться с ними. Старику Криману, который принес ему контрибуцию, он велел лечь на землю, после чего ездил по его телу на лошади, пока у того не поломались все кости. После этого он надел на голову Кримана помойное ведро и так провел его по улицам города. В конечном итоге он его застрелил. В его штабе было убито еще два человека, которые просто шли по улице. В ночь прибытия Волынца одним из его подручных в одном из домов были зарезаны три человека. Естественно, не было недостатка и в нападениях, грабежах и разорении. Когда этот тиран утолил свою жажду уничтожения, он в тот же день покинул город вместе со своей бандой.

Можно легко представить себе последствия этого последнего визита. Мы боялись шороха падающего листа. И в глазах наших христианских соседей, и в своих собственных глазах, мы выглядели людьми, чью кровь разрешено проливать. Все пути сообщения были нарушены боевиками. Каждый незначительный нееврей, к которому присоединились два-три грабителя, называл себя атаманом и основывал штаб в каком-то лесном логове. Эти атаманы устраивали на дорогах засады и отнимали у проезжавших евреев деньги и товары, а также снимали с них сапоги и одежду. У извозчиков они отнимали лошадей. Были также случаи убийств. На евреев, которые много лет проживали в селах, а также на ремесленников, которые по работе прибывали в села, совершала нападения крестьянская молодежь, они их грабили и угрожали, из-за чего те были вынуждены бежать в город. Были также убийства.

В те дни мы предприняли попытку побудить уважаемых крестьян нашего города основать что-то вроде комитета совместной охраны города. Все издержки по охране мы взяли на себя. Мы также основали что-то вроде совместной лавки, в которой они могли найти самые необходимые продукты по цене, которая была ниже рыночной, и убытки от этой лавки тоже покрывались общиной. Мы думали, что этим нам удастся вернуть симпатию христианских жителей, но и эти лекарства не помогли, ночную охрану продолжали нести только евреи, а местные грабители продолжали раз за разом нападать на еврейские дома, стрелять и пугать находившихся на постах охранников. В одну из ночей они бросили бомбу в один караул, который стоял на окраине, от взрыва в соседних домах были выбиты все окна. Чудом осколки не попали ни в одного из охранников.

Вечером перед наступлением месяца сиван[31], в начале ночи, бандиты выстрелили через открытую дверь в человека, и убили его. Убийцы скрылись. Это убийство не имело мотива и цели, и было обусловлено лишь тем, что наша жизнь не стоила ни копейки. В то время в округе орудовали также мелкие группы галицийских солдат. Раз за разом они посещали и наш город, требуя у общины еду, питье и деньги. Некоторые из них занимались и грабежом. В большинстве случаев они присоединялись к местным грабителям, и вместе с ними грабили еврейские дома.

В месяце сиван большевики основали органы советской власти и прогнали из округа галицийские группы. Некоторые бандиты, включая Мыколу Дудника и Козачинского, руководителей городской охраны (упомянутых выше), были арестованы и отданы под суд. Остальные грабители бежали и попрятались в лесах или в селах у своих знакомых, и город успокоился от страха перед грабителями.

Все события, происходившие в нашем городе в течение года и трех месяцев, не выглядели как погром. Это была череда преследований, грабежей и разорения, мучений и убийств с короткими перерывами. В первые свои дни советская власть тоже была неспособна нас защитить, так как была занята постоянной борьбой с орудовавшими в округе партизанами. Вообще, все то время почти не было никакой власти ни в городе, ни в селе. Царила полная анархия, но лишь евреи ощущали ее в полную силу.

Послесловие. Результаты вышеописанных событий: город постепенно лишается еврейских жителей. Многие дома брошены и пусты. Много домов разобраны на дрова. Усилилась эмиграция, а те, кто остались, бродят как тени между развалин.

(Записал Йосеф Даян)

29 элуля 5680г.[32]


Примечания:

Хащеватое (48°18’14.79″С, 48°18’14.79″С) — село в Гайворонском районе, Кировоградской области Украины.

Chashevatoe

[1] Летоисчисление от Сотворения Мира. Соответствует периоду между 7 сентября 1918г. – 12 сентября 1920г.

[2] Могильное (48°16’36.52″С, 30° 2’30.47″В) — село в Гайворонском районе Кировоградской области Украины. Население по переписи 2001 года составляло 2353 человека. Находится на расстоянии 8км. к юго-востоку от Хащеватого.

[3] Йосиповка (48°21’36.69″С, 30°12’36.47″В) — село в Благовещенском районе Кировоградской области Украины. Население по переписи 2001 года составляло 1640 человек. Находится на расстоянии 20.5км. к северо-востоку от Хащеватого.

[4] Имеется в виду XIX век.

[5] Гайворон (48°20’0.84″С, 29°52’0.39″В) — город районного значения, административный центр Гайворонского района Кировоградской области Украины. Находится в 6.5км. к северо-западу от Хащеватого.

[6] Соответствует 15 мая 1919г.

[7] Соответствует 2 июня 1919г.

[8] В 1919г. праздник Шавуот выпал на 4 июня.

[9] От Сотворения Мира. Соответствует периоду времени между 25 сентября 1919г. и 12 сентября 1920г.

[10] Бандурово (48°13’39.56″С, 29°51’39.63″В) — село, Гайворонский район, Кировоградская область, Украина. Расположено на расстоянии 10км. к юго-западу от Хащеватого.

[11] Суббота Хазон – последняя суббота перед постом 9 Ава.

[12] В 1919г. суббота Хазон выпала на 6 ава, что соответствует 2 августа 1919г.

[13] Соответствует 5 августа 1919г.

[14] Село Бандурово находится на расстоянии 12км. к югу от Гайворона.

[15] Соответствует 7 августа 1919г.

[16] Соответствует 10 августа 1919г.

[17] Соответствует 11 августа. Является полупраздничным днем.

[18] Соответствует 13 августа 1919г.

[19] В 1919г. праздник Рош ха-Шана наступил 24 сентября.

[20] Соответствует 10 сентября 1919г.

[21] 5680г. от Сотворения Мира наступил 24 сентября 1919г.

[22] Отрывок из молитвы, которую читают в праздник Рош ха-Шана.

[23] 10 тевета в иудаизме является днем общего поста.

[24] Месяц тевет выпадает на середину зимы.

[25] Соответствует 3 января 1920г.

[26] См. статью «Балта» в т.1.

[27] Имеется в виду назидание, приведенное в Торе (Дварим 28, 15-68).

[28] Соответствует 30 января 1920г.

[29] Соответствует 6 марта 1920г.

[30] Соответствует 31 марта 1920г.

[31] В 1920г. месяц сиван наступил 18 мая и длился по 16 июня включительно.

[32] Соответствует 12 сентября 1920г.

Хащеватое: Один комментарий

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s